Через день-два к нему зачастили дружки-сослуживцы.
Иногда заходило начальство.
При всей своей завидной общительности командир вскоре, однако, потребовал устроить в углу перегородку.
Ребята не удивились - все же он был майор, и потому понятным стало его желание как-то отделиться от бойцов, хотя это и не было принято в палате для легкораненых.
Просьбу майора уважили: в углу появилась обвешанная простынями боковушка, и с тех пор самое интересное в палате происходило за этой ширмой.
Иван начал хмуриться, порой подавлял в себе, казалось бы, беспричинную злость, глядя, как повеселела, оживилась Анюта, как нет-нет да и забежит по какому-нибудь делу в эту боковушку.
Майор тоже заметил шуструю сестру и всяческими знаками внимания начал выделять ее среди остальных.
Однажды вечером она дольше обычного задержалась у него, майор что-то все говорил ей о музыке, о какой-то опере.
copyrighted by ЗАО "ЭЛЕРОН"
